Двойной удар по Зеленскому

Крах Ермака

Когда в конце 2025 года Зеленский уволил главу своей администрации Андрея Ермака, украинские СМИ обсуждали — предъявят ли ему официальные обвинения или он останется неприкосновенным? Ермак фигурировал в знаменитых «пленках Миндича» — записях прослушки, которую Национальное антикоррупционное бюро (НАБУ) вело в отношении предпринимателя Тимура Миндича, давнего друга и делового партнера Зеленского. Миндича подозревали в махинациях с госконтрактами государственной компании «Энергоатом», он успел покинуть страну и уехал в Израиль. Судя по записям, Ермак пытался противодействовать расследованию НАБУ, используя силовые структуры. Однако предъявили Ермаку в итоге другое. 

Еще за два года до большой войны под Киевом началось строительство комплекса элитных резиденций «Династия». Им занималась компания, связанная с министром регионального развития, затем вице-премьером Алексеем Чернышёвым, еще одним близким соратником президента. В лучших традициях украинской политики Чернышёв оказался кумом Андрея Ермака и жены президента Елены Зеленской. По данным расследования НАБУ, будущими жильцами «Династии» должны были стать Андрей Ермак, Алексей Чернышёв, Тимур Миндич и еще одно неустановленное лицо. 

Следствие же выдвинуло версию, что строили комплекс на деньги, вырученные от коррупционной схемы вокруг «Энергоатома», то есть это дело напрямую связано с делом Миндича. Из опубликованных материалов известно, что строительство продолжалось (и даже ускорилось) после начала полномасштабной войны, а остановлено было только летом 2025-го, когда Чернышёв получил от НАБУ подозрение по другому делу — о незаконном выделении земли под другое строительство в Киеве. Чернышёв, занимавший тогда пост министра национального единства (созданный, по данным «Украинской правды», специально для него), призванного возвращать украинцев на родину, по иронии сам временно стал невозвращенцем: на момент новостей об уголовном деле он был в заграничной командировке, и долго не решался приехать в Украину. Позже он всё-таки вернулся, его взяли под стражу и на следующий день за него внесли залог в 51 млн гривен.

Активную роль в распространении материалов по делу Миндича играла «Украинская правда», ведущее украинское СМИ в области журналистских расследований. Его основал журналист Георгий Гонгадзе, которого в 2000-м году похитили и убили. В том же году издание также опубликовало записи прослушки, указывающие на вероятную причастность к расправе окружения президента Леонида Кучмы, — и это тоже спровоцировало политический кризис в стране. Сейчас «Украинская правда» принадлежит чешскому инвестору Томашу Фиале, который также контролирует медиа-холдинг New Voice, куда входят журнал NV, сайт NV.ua и разговорное «Radio NV». Фиалу Ермак в переписке называл одним из своих главных врагов, равно как и саму «Украинскую правду».

11 мая 2026 года подозрение от Национального антикоррупционного бюро и Специализированной антикоррупционной прокуратуры — органов, созданных еще в 2015 году на волне Революции достоинства для борьбы с топ-коррупцией, — получил сам Ермак. 14 мая бывшего главу ОП взяли под стражу с правом внесения залога в размере 120 млн гривен (около $3,2 млн) — и он им воспользовался. Ермак отрицает все обвинения и намерен отстаивать свою правоту. Стоит отметить, что сам 

Но вне зависимости от того, как будет развиваться дело Ермака, президенту Зеленскому нанесен серьезный репутационный удар. В прошлом Зеленский неоднократно называл Ермака одним из ключевых соратников и говорил про него: «Со мною пришел, со мною и уйдет». В какой-то момент главу Офиса стали считать чем-то вроде неофициального «вице-президента» страны. 

В отставку Ермака Зеленский отправил под давлением в том числе со стороны части своей команды — среди выступавших за отставку были нынешний министр обороны Михаил Фёдоров, председатель Верховной Рады Руслан Стефанчук и глава фракции «Слуга народа» Давид Арахамия. Однако после ухода с Банковой экс-глава ОП продолжал влиять на политику через своих многочисленных ставленников. Еще летом 2025 года года глава Центра противодействия коррупции Виталий Шабунин говорил о том, что без покровительства президента Ермак не мог бы реализовывать свои планы. Официальное обвинение Ермаку бросает серьезную тень на президента, а в неустановленном «члене жилищного кооператива» оппозиция теперь всегда будет видеть самого Зеленского. 

Атака Мендель

Еще одной скандальной историей, связанной с Зеленским, стало интервью его бывшего пресс-секретаря Юлии Мендель (исполняла обязанности в 2019–2021). Ее собеседником американский журналист Такер Карлсон, представитель крайне правых кругов в Республиканской партии США, ранее один из наиболее ярых сторонников президента Дональда Трампа (сейчас Карлсон говорит, что жалеет о его поддержке), автор сочувственного интервью с Владимиром Путиным, расшифровку которого опубликовали на официальном сайте Кремля. 

В этом интервью Мендель выдвигает ряд обвинений в адрес бывшего шефа: якобы он авторитарный правитель и поклонник геббельсовской пропаганды, употребляет наркотики и окружен коррумпированными друзьями. Но наиболее чувствительное обвинение — в том, что Зеленский, по утверждению Мендель, был готов сдать Донбасс Путину весной 2022 года в обмен на прекращение войны, но изменил решение под влиянием Бориса Джонсона, а теперь не идет уступки ради сохранения своей власти (ведь во время войны нельзя проводить выборы). 

Собственно, этим Мендель и мотивирует свое появление в гостях у Карлсона с разоблачениями спустя столько лет. «Я не питаю к нему [Зеленскому] особой ненависти, но считаю, что сегодня он — одно из главных препятствий на пути к миру», — сказала она. 

Откровения Мендель предельно манипулятивны, ее тезисы подозрительно похожи на нарративы кремлевской пропаганды. В большинстве обвинений Мендель основывается на том, что слышала от других людей. Сама она в силу своей прежней должности была хорошо знакома только с информационной политикой Офиса президента.

Особенно непоследовательно Мендель выглядит в момент критики «геббельсовских» пропагандистских подходов Зеленского, учитывая, как активно она противостояла журналистам в начале правления Зеленского, когда он был в конфликте с украинским медиасообществом. Именно Мендель тогда создавала пул лояльных Зеленскому блогеров и СМИ, и нарисовала крайне комплиментарный образ Зеленского как президента-визионера в своей книге 2021 года «Каждый из нас президент». 

С другой стороны,

когда в феврале 2026 года экс-пресс-секретарь заявила, что Андрей Ермак увлекается черной магией, все посмеялись, однако в мае 2026 года украинский суд официально установил, что бывший глава Офиса президента регулярно советовался с гадалкой Вероникой Феншуй по вопросам, имевшим государственное значение. Например, по тем или иным назначениям чиновников.

Утверждения о готовности Зеленского к территориальным уступкам в начале войны не подтверждается никакими фактами, однако можно предположить, что в первые месяцы войны кулуарно могли обсуждаться самые разные варианты выхода из катастрофы. Важно то, что в итоге Зеленский выбрал отказ от обмена мира на территории и стал символом такого подхода.

Другое дело, что всё больше украинцев устают от войны и склоняются к более компромиссной позиции (в феврале 2026 года уже 40% населения были готовы обменять Донбасс на прекращение боевых действий). И для этой аудитории, недовольной неуступчивостью Зеленского, откровения Мендель могут показаться убедительными.

Двойной кризис

Эта двойная атака по Зеленскому создала в Украине серьезный политический кризис. НАБУ заявило о том, что президент не фигурирует в его расследовании, но это, возможно, связано с иммунитетом лидера страны по 105 статье Конституции, а не с тем, что он реально непричастен к коррупции. Поэтому отдельные представители оппозиции, например, депутат «Европейской солидарности» Алексей Гончаренко уже сейчас выступают за импичмент президента на основании дела «Династии».

Такой радикальный ход вряд ли возможен — партия Зеленского «Слуга народа» сохраняет большинство в парламенте. При этом внутреннее единство в партии теряется; правительству, например, всё труднее собирать голоса за непопулярные решения, вроде введения новых налогов. Президент даже угрожал отправлять депутатов на фронт из-за их «забастовок» по тем или иным законопроектам. Ядро пропрезидентского большинства во фракции «слуг», то есть число депутатов, полностью лояльных Зеленскому, сократилось за последние месяцы со 170–180 до 120–130 человек, подсчитала в апреле «Украинская правда». 

Взбудоражено и общество, по крайней мере, его политически активная часть: на днях в Киеве прошли митинги против принятия нового Гражданского кодекса, содержащего спорные статьи в отношении брачных отношений, прав ЛГБТ и свободы слова. 

К внутреннему давлению на Зеленского подключаются и внешние игроки. И Путин, и Трамп заявили, что война в Украине близится к завершению. Почему они так считают, остается за кадром. Но ясно, что политическое ослабление Зеленского им обоим на руку. В то же время, как ни хотелось бы воспринимать двойную атаку на Зеленского в конспирологическом ключе как нечто скоординированное, у двух этих скандалов совершенно разная природа.

Информационная атака Такера Карлсона явно отражает стремление изоляционистского крыла республиканцев оказать давление на Дональда Трампа с целью более активного принуждения Украины к миру. Для них Украина — это невыгодная инвестиция, плод преступной политики демократов, втянувшей страну в ненужный для нее конфликт с Россией. Дискредитация Зеленского — самый простой путь для достижения цели. 

Коррупционные расследования НАБУ — напротив: это попытка навести порядок в воюющей стране, реализуемая ее проевропейскими кругами и поддерживаемая властями ЕС. 

Однозначна в этом плане и реакция общества: по данным Киевского международного института социологии, коррупцию считают главной угрозой национальной безопасности 54% украинцев — больше, чем войну (39%). Можно вспомнить, как прошлогодние попытки власти ограничить полномочия независимых антикоррупционных органов вызвали первые с начала полномасштабной войны уличные протесты в Киеве и других больших городах. 

Конечно, политический кризис неизбежно ослабляет власть. С марта по апрель 2026 года число не доверяющих Зеленскому выросло с 32 до 36%. В условиях войны это может быть крайне опасно для страны в целом — враг может использовать в свою пользу любую внутреннюю слабость. Однако и замалчивание коррупционных проблем «до лучших времен» — вряд ли хорошее решение, поскольку Украина ведет эту страшную войну в том числе и для того, чтобы отстоять свой европейский и демократический выбор.