Преподаватель истории Дмитрий Лутовинов из Орехово-Зуево, победивший в конкурсе «Учитель года России». Москва. 23 декабря 2022 года. Фото: Александр Авилов / Агентство «Москва»
«Сейчас работаю в школе, потому что хоть что-то получаю, а новую работу пока не нашла», — рассказывает в разговоре с проектом «Ветер» молодая преподавательница музыки из челябинской школы. В этом году учителя по всей России массово жалуются на снижение зарплат — некоторые едва дотягивают до МРОТ (минимального размера оплаты труда). Многие, чтобы как-то выживать, работают на полторы-две ставки, компенсируя существенный дефицит педагогов.
В 50-е годы ситуация была в чем-то схожей, только тогда, наоборот, не хватало детей. В 1956 году учительница из Ростовской области по фамилии Власова писала К. Е. Ворошилову: «Заработная плата в течение трех лет мала… Нагрузка 11 часов в неделю… больной дочери не могу купить молока… Разве сытый голодного разумеет? Учительство переживает трудные годы. Мы в мирное время голодаем. У меня не хватает даже денег на хлеб, два года не знаю, что такое мясо. Такая обстановка заставляет бросить педработу, уйти на другую, как у нас многие учителя сделали, но я проработала 20 лет и не могу расстаться со школой. В школе забываю всё свое горе».
Власова была не единственной. В середине 1950-х годов многие советские учителя писали в партийные и государственные инстанции, жалуясь на сокращение нагрузки и низкие заработки. Из-за падения рождаемости в годы войны детей школьного возраста стало меньше, а вместе с этим сократилась потребность в учителях.
Еще в декабре 1951 года Министерство просвещения РСФСР представило Совету министров РСФСР доклад, в котором говорилось, что в ближайшие годы в стране сократится количество детей школьного возраста и возникнет избыток учителей. В докладе предполагалось сократить около двухсот тысяч учительских ставок и уволить преподавателей. Однако никаких конкретных мер по трудоустройству увольняемых министерские чиновники не предложили. В итоге, вместо того чтобы резко сократить прием в педагогические училища, Министерство просвещения продолжало готовить учителей в том же объеме. Так, только с 1950 по 1955 год из педагогических образовательных учреждений было выпущено до 80 тысяч невостребованных специалистов.
Класс в школе Москвы. 1964 год. Фото: Томас Хаммонд / Wikimedia
Учителя в школах стали получать меньшую нагрузку. Оправдываясь впоследствии перед ЦК за допущенные ошибки, министр просвещения РСФСР утверждал, что учителя иногда «из чувства солидарности» делили одну ставку с коллегами. Однако это было не так. Такое сокращение нагрузки происходило не из чувства товарищества, а из-за того, что руководители образовательных учреждений видели в этом единственную возможность трудоустройства учителей. Снижение нагрузки приводило к снижению зарплаты. Так, группа преподавателей из Саратовской области писала Хрущёву: «Все трудные и ответственные задачи выполняем. В то же время забота о нас, учителях, недостаточная. Многие учителя совсем уволены с работы, а многие оставшиеся имеют от 4 до 12 часов и получают зарплату 150–400 рублей в месяц.
Мы очень просим помочь нам!»
Другая группа учителей из Московской области тоже писала Хрущёву об «очень трудных материальных условиях». У многих было от 6 до 12 уроков в неделю. У всех учителей были семьи, а многие женщины воспитывали детей одни, так как их мужья погибли на фронте. Учителя писали, что «учитель должен быть примером не только в поведении, но и в одежде», а также «расти культурно, идти в ногу со временем», но им было очень трудно «растянуть» свою небольшую зарплату на «питание, одежду», а еще «литературу, театр и кино», которые также были «необходимы учителю». Учителя писали, что, если бы это был вопрос одного года, они, «пережившие лишения войны», могли бы и потерпеть, однако в таком трудном положении они находились уже 3–4 года.
Сокращение учебной нагрузки коснулось и руководителей школ. С 1955 года Министерство просвещения РСФСР сократило учебную нагрузку директорам и завучам с 12 часов до 4–6 часов в неделю, что тоже привело к снижению зарплат. Распределение уроков между руководителями и учителями приводило к конфликтам. В августе 1956 года учитель истории средней школы рабочей молодежи С. Д. Павлов из Ленинградской области писал в Министерство просвещения РСФСР с просьбой помочь ему разрешить конфликт с директором школы: «Директор школы, по профессии учитель истории, оставляет меня на предстоящий 1956/57 учебный год с неполной нагрузкой — одиннадцать часов истории в неделю, — забрав себе вместе с консультациями семь уроков в неделю истории… Итак, я снова с семьей обречен на полуголодное существование. Тяжела доля учителя в наше время. В 1955 году я был шесть месяцев безработным, о чем я вам писал неоднократно, а в 1956 году меня снова ожидает безработица, так как я не уверен в том, что и эти часы будут сохранены за мною к концу года. Пожалуйста, напишите мне, прав ли директор школы, забирая уроки у меня и оставляя меня с неполной нагрузкой».
Обстановка в школах была крайне напряженной. Учитель Медведев из Рязанской области писал, что отсутствие часов приводило к скандалам внутри учительского коллектива: «Зав. РОНО [Районный отдел народного образования] унижает учителей, кричит на них, грозит лишить работы. Учителя в страхе молчат, так как работу найти невозможно. Произвол достиг нетерпимых размеров… Мы молчим. Говорить боимся».
Фото: Телеканал МИР
10 июля 1956 года Совет министров СССР принял постановление о серьезных ошибках и недостатках в деле планирования подготовки учительских кадров. Несмотря на то, что с должностей были сняты министр просвещения, а также другие должностные лица, вопрос заработной платы это постановление не решило.
Уход учителей из школ, начавшийся в первой половине 1950-х годов, усилился в последующие годы. В 1963 году в сфере промышленности, торговли и общественного питания работало 230 тысяч бывших педагогов, в том числе 122 тысячи с высшим образованием. Уход повлиял и на качественный состав преподавателей. Так, выступая в июне 1967 года на республиканском совещании работников системы просвещения, заведующий Владимирским областным отделом народного образования Г. И. Чернов заявлял:
Со второй половины 1960-х годов материальное положение педагогов постепенно улучшалось. В 1965 и 1972 годах в соответствии с правительственной социальной программой ставки и оклады учителей возросли, а спрос на образование у молодежи способствовал росту престижа профессии учителя.
