Верити веры нет

Молодая писательница Лоуэн Эшли (Дакота Джонсон) переживает творческий и финансовый кризис. Ее книги печатают небольшим тиражом, на презентации в книжном — полторы калеки, а личная жизнь, кажется, вообще отсутствует. Однажды утром на манхэттенской улице ее окатывает кровью велосипедист, погибающий в дорожной аварии. На помощь приходит Джереми Кроуфорд (Джош Хартнетт), который оказывается мужем Верити Кроуфорд (Энн Хэтэуэй) — знаменитой писательницы и автора сверхуспешной серии психологических триллеров. После автомобильной катастрофы она обездвижена и не разговаривает. Издательству необходимо закончить обещанные три романа, поэтому Лоуэн предлагают стать литературным призраком женщины, которая пока еще числится среди живых. Лоуэн переезжает в семейное поместье Кроуфордов, где живут переживающий Джереми, его маленький сын, сиделка и неподвижная Верити. Гостья изучает архивы знаменитой предшественницы, примеряется к ее литературному стилю, всё больше интересуется красавцем-мужем и вскоре обнаруживает рукопись, содержание которой заставляет усомниться в биографии хозяйки.

После «Исчезнувшей» Дэвида Финчера экранизации бестселлеров, написанных женщинами и адресованных женщинам же, превратились в отдельный конвейер по производству супружеской паранойи. Почти везде есть красивая женщина с секретом, приятный мужчина с потенциально криминальными наклонностями, дорогой дом, где нарушили несколько статей УК, и артефакт, который в нужный момент должен перевернуть наше представление о произошедшем. Муж может оказаться убийцей, жена — психопаткой, любовница — жертвой, жертва — преступницей, а случайный доброжелательный сосед вообще живет в другом измерении. Сиделка, горничная, няня, садовник, разумеется, тоже в списке подозреваемых. В какой-то момент хочется попросить героев зарегистрироваться на сайте госуслуг и предоставить электронные подписи ко всем предыдущим свидетельствам.

Современная мода на ненадежных рассказчиков вырождается в разновидность сценарного жульничества. Когда зрителю бесконечно подсовывают взаимоисключающие сведения, детектив превращается в лотерею, где крупье каждые пятнадцать минут перерисовывает цифры на шариках. В этом смысле «Верити» демонстрирует жанровую деградацию с музейной наглядностью и хитрит с наглостью и навыками дошкольника. Там, где Хичкок заставлял зрителя мучительно сомневаться в надежности собственных глаз, а Полански делал повседневность источником физической угрозы, нынешний триллер предлагает сидеть смирно: всё равно любая информация, которую нам сообщили за предыдущие полтора часа, может оказаться недействительной.

Самый убедительный аргумент в пользу «Верити» — актерский состав, за который хочется и поблагодарить, и принести публичные извинения всем участникам. Энн Хэтэуэй, Дакота Джонсон и Джош Хартнетт находятся сейчас в настолько интересных точках собственных карьер, что способны вдохнуть жизнь даже в инструкцию по эксплуатации стиральной машинки.

В «Айлин» Уильяма Олдройда она примеряла опасную сексуальную харизму взрослой соблазнительницы, в «Материнском инстинкте» делила с Джессикой Честейн буржуазный ад материнства, в «Дьявол носит Prada 2» вернулась в модную индустрию, а в «Одиссее» терпеливо и с хитринкой дожидалась блудного мужа. И это один из наиболее удачных вариантов актерского взросления: больше не нужно выбирать между образом любимой американской принцессы и перспективой сыграть абсолютную сволочь. Верити в исполнении Хэтэуэй одновременно похожа на музейный манекен, первую леди и фарфоровую куклу, над которой забыли провести обряд экзорцизма.

Дакота Джонсон давно превратила внешнюю невозмутимость в актерский инструмент. За последние годы она успела побывать в любовном треугольнике «Материалистки» Селин Сон и хаотической комедии о супружеских недоговоренностях «Сплитсвилль». Джонсон особенно хороша в ролях женщин, которые вроде бы бесконечно устали от происходящего, но продолжают наблюдать за чужими поступками с антропологическим интересом. В «Верити» эта интонация и правда уместна: Лоуэн движется по роскошному дому с выражением девушки, которая купила абонемент в очень дорогой спа-центр и начинает подозревать, что массажист может быть серийным убийцей.

Джош Хартнетт также переживает свой ренессанс. После «Оппенгеймера» Нолана и «Ловушки» Шьямалана он перестал существовать в качестве ностальгического секс-символа нулевых. Его Джереми представляет собой идеального голливудского подозреваемого: отличная физическая форма, дорогой дом, выразительный взгляд и такое количество мужской печали, что из нее можно связать теплый зимний свитер. Отдельное удовольствие — наблюдать, как он пытается сохранить психологическую достоверность, пока сценарий безуспешно кружится вокруг «Анатомии падения». В интервью режиссер фильма Майкл Шоуолтер рассказывает, что давно любит психологические и эротические триллеры, и сценарий «Верити» показался ему необыкновенно оригинальным: примерно так же ощущается признание ресторатора, который только обнаружил, что в салат «Цезарь» кладут курицу. При всём сказанном у «Верити» есть несколько приятных моментов. Экранное противостояние Дакоты Джонсон и Энн Хэтэуэй работает, несмотря ни на что.

В таких обстоятельствах зависть становится естественным профессиональным риском, а призрачное авторство приобретает вампирический смысл. Лоуэн всё сильнее привлекает чужая жизнь. Соблазн разобраться в трагедии семьи невозможно отделить от желания доказать, что хозяйка незаслуженно владеет всем этим богатством. Жалко, что фильм имеет на руках всё для исследования этой территории, но решил, условно говоря, ограничиться просмотром переписки в телефоне.

Вторая приятная особенность фильма — готовность вернуть в массовое американское кино эротическое желание, которое часто уступает место обезвреженной романтике. В прошлом году это уже сделали «Горничная» и «Плохая девочка». Здесь видна явная любовь к старомодному жанровому хулиганству: красивым людям в опасности, долгим взглядам, неудобным сексуальным фантазиям и зеркальным интерьерам.

Наконец, «Верити» иногда смешит, хотя не всегда очевидно, насколько сознательно. Сцена с окровавленной героиней, которую тут же подбирает привлекательный незнакомец в белой рубашке, выглядит настолько бесстыдной пародией на встречу в ромкоме, что это просто умиляет. Туда же — шелковые белые халаты, покусанная деревянная грядушка кровати, опасные поцелуи и канцелярская кнопка для домашней пытки. В общем, у фильма есть многое, чтобы стать хорошим эротическим триллером, кроме собственно эротического триллера. После двух часов разоблачений, признаний и семейных преступлений начинаешь подозревать, что главным злодеем здесь всё же был сценарист категории «Б». Возможно, его убили первым, просто забыли об этом рассказать.