Прямой эфир из космоса

Начало проекту Mars Express было положено в 90-е годы, когда Российское космическое агентство запланировало исследовательскую программу «Марс-96». Аппарат, ракету и разгонный блок для этого запуска изготавливала Россия; европейцы и американцы установили свои приборы и покрыли значительную часть стоимости всей программы. Со стороны России проект курировал Институт космических исследований РАН. «Марс-96» в 1996 году долетел только до Тихого океана, но опыт сотрудничества между научными организациями России и Европы открыл новые возможности.

То время было катастрофическим для постсоветской космонавтики: государственное финансирование упало почти до нуля, всесоюзная кооперация была разрушена, закрылись предприятия и научные организации. Одновременно в те же годы возникли широчайшие возможности для международной кооперации. Падение «железного занавеса», снятие требований секретности и освобождение от статуса гостайны многих научных и технических направлений, высокий профессионализм и авторитет российских ученых и их готовность работать «за еду» вызвали большой интерес со стороны европейских и американских космических ведомств и институтов. Основы сотрудничества в космосе, заложенные в 90-е годы, обеспечивали работой, доходами и научными результатами десятки российских коллективов. Одним из таких направлений стал Mars Express — новый совместный российско-европейский проект.

В рамках этого проекта, реализованного на деньги Европейского космического агентства, европейская автоматическая межпланетная станция была запущена к Марсу с космодрома Байконур при помощи российской ракеты. Взамен российские ученые получили возможность вместе с европейскими коллегами изучать данные, полученные в рамках программы Mars Express.

Российские специалисты Института космических исследований также приложили руку и к изготовлению некоторых компонентов для европейских приборов Mars Express. Так, французская геологическая камера OMEGA получила российский сканер и входную оптику; итальянский фурье-спектрометр — российские детектирующие модули; франко-бельгийский спектроскопический прибор SPICAM — российский инфракрасный спектрометр. Также посадочный модуль Beagle 2 нес на борту ударный зонд для погружения в грунт Марса. Разработкой зонда занимался ВНИИТрансмаш, который ранее создавал шасси для «Луноходов».

Россия предоставила для Mars Express ракету «Союз-ФГ» и разгонный блок «Фрегат». Запущенный европейский аппарат в 2003 году стал первым успешным межпланетным запуском в постсоветской России. А сотрудничество Европы и России в этом запуске легло в основу коммерческого проекта Starsem, который впоследствии привел к строительству стартовой площадки для российских «Союзов» на европейском космодроме Куру во Французской Гвиане. Этот проект позволил «Роскосмосу» заработать более полутора миллиардов долларов на коммерческих запусках и обеспечил работой на двадцать лет несколько российских космических предприятий.

Mars Express многократно превысил ожидания создателей. Он впервые обнаружил метан в атмосфере Марса с орбиты; картографировал распределение минералов — вулканических и тех, которые возникли при контакте с водой; определил толщину и структуру ледяных полярных шапок; сумел зарегистрировать марсианские полярные сияния; провел полную съемку Марса с разрешением 10 м на пиксель.

Научные результаты Mars Express поставили новые вопросы, и найти ответы на них должен был новый совместный проект ExoMars, также состоящий из двух частей: орбитальной и наземной. Стартовать они должны были уже отдельно, но тоже с Байконура и российскими ракетами. Приборы этого проекта должны были быть еще точнее и смотреть глубже, причем значительная их часть была российскими. Результат ожидался фундаментальный: разузнать про жизнь на Марсе. Орбитальный аппарат был запущен в 2016 году, а посадочный должен был стартовать в 2022-м, но этого не случилось.

Mars Express, родившийся на заре российско-европейского космического сотрудничества, не только застал его расцвет, но увидел и практически полное крушение всех совместных перспектив и надежд. Действия российского государства в отношении Украины в 2014 и 2022 годы сломали всё, что не одно поколение ученых по разные стороны границ взращивало в течение трех десятилетий. Если после 2014-го европейские ученые практически полностью отказались от заключения новых совместных проектов, но продолжали старые, то в 2022 году последовал ряд разрывов или заморозок и по текущим. Пострадали астрофизические, межпланетные, околоземные исследования и коммерческие проекты.

Так что спустя двадцать лет с момента запуска Mars Express, подобно героям Рэя Брэдбери, может направить свои камеры на Землю и наблюдать, как его создатели занимаются разрушением всей созданной кооперации. Сегодня он продолжает изучать Марс, но уже без участия российских ученых.