«Ф» как фемицид
Сериал «Фейк» рассказывает о женщине, столкнувшейся с киберсталкингом. Это пример честного разговора, еще возможного внутри рамок цензурных ограничений
На стриминге Okko идет сериал «Фейк» об учительнице и блогерке по имени Рита, чья карьера оказалась под угрозой, а жизнь превратилась в кошмар: когда она приняла решение о переезде в Москву, ей начали приходить анонимные угрозы, аккаунты и мессенджеры взломали, а в сеть слили эротическое видео с ее участием. Ирина Карпова посмотрела сериал и считает, что в России начал выкристаллизовываться новый жанр о жизни без так называемой СВО — о насущных проблемах и конфликтах общества, которые мы бы считали самыми главными: если бы не было войны. «Фейк» оказался вполне достойным его образчиком.
В 2021 году на Берлинском кинофестивале победил фильм румынского режиссера Раду Жуде «Неудачный трах, или Безумное порно» о школьной учительнице, чье секс-видео уплыло в интернет, а ей самой пришлось взойти на голгофу общественного осуждения. Раду Жуде — главный насмешник европейского кино, и чувства учительницы интересовали его куда меньше, чем возможность проехаться по лицемерию и предубеждениям своих сограждан.
«Фейк» написали две сценаристки — Наталья Дубовая и Нина Беленицкая (при участии Артема Михайлова и Тани Леоновой), и схожая с фильмом Жуде ситуация получила новое обрамление: во-первых, пресловутое видео стало частью полной саспенса детективной истории, а во-вторых, сама история увидена глазами женщины, и это больше не повод посмеяться. Сериал очень точно показывает разные виды психологического насилия, ставшего возможным с появлением и развитием новых технологий.
Одной из самых обсуждаемых в немецкой и европейской прессе тем последнего года стал кейс актрисы Колльен Фернандес: она столкнулась с киберсталкингом. Кто-то от ее имени создавал фейковые профили и договаривался заняться сексом по телефону, посылал порнографические видео с похожими на нее женщинами (в том числе с ее собственным лицом, созданные с помощью ИИ-технологии «дипфейк»). В марте 2026 года журнал «Шпигель» выпустил о Фернандес репортаж — она обвинила в киберсталкинге своего мужа, известного телеведущего Кристиана Ульмана (на момент публикации они уже расстались), и подала на него в суд. Поразительно, но одновременно симптоматично, что в «Фейке» находится немало пересечений с делом Колльен Фернандес.
Рита (Анастасия Красовская), или Био-Рита, как она называет себя в смутно напоминающей инстаграм соцсети, — звезда. Она преподает биологию в школе, ведет блог о растениях, ее обожают ученики и коллеги, она получила и уже приняла приглашение на работу в биолаборатории в Москве (чем она там будет заниматься, не очень понятно, но это и не важно). Рита — состоявшаяся в работе личность, у нее есть любимый человек (Эльдар Калимулин), лучшая подруга (Полина Ауг), абьюзер-бывший (Василий Михайлов из «Здесь был Юра»), обожающий ее отец (Андрей Фомин) и токсичная мать (Марина Кондратьева). Но даже такую сильную, любимую и уверенную в себе женщину прибивает к земле поток концентрированной виртуальной ненависти. Полиция, естественно, заводить дело отказывается, ведь, по их мнению, прямая угроза жизни отсутствует.
«Фейк» уверенно оперирует на уровне детективного расследования, где в роли детектива выступает сама учительница, пусть и позволяя себе не всегда вполне правдоподобные кульбиты. Риту преследует кто-то из ее близкого круга, и саспенс держится на том, что зрители гадают, кто же занимается сталкингом — бойфренд, подруга, бывший или с виду прогрессивный и обаятельный директор школы? И хотя это переводит стрелки с анонимного виртуального насилия в поле бытовой драмы (хотя финал еще впереди, и сталкером может оказаться и совершенный незнакомец), сериал показывает эмоциональный ущерб от нарушенных границ и пренебрежительного отношения к этому окружающих.
Даже сама Рита поначалу старается игнорировать хейтера и обернуть все в шутку: кто-то просто балуется, это ведь интернет, здесь нельзя принимать всерьез ни хейт, ни похвалу.
В отделении полиции женщина в форме читает переписку Риты со сталкером, но не видит в ней ничего предосудительного: флирт, комплименты на грани фола.
Анастасия Красовская дебютировала в «Герде» Натальи Кудряшовой и получила за актерскую работу приз на кинофестивале в Локарно в 2021 году, сыграла одну из немногих женских ролей в «Слове пацана» Жоры Крыжовникова, и в «Фейке» она демонстрирует одновременно хрупкость и выдержку. Вместе с Эльдаром Калимулиным они играют на первый взгляд непривычную для российского экрана пару, в которой точно смогут узнать себя очень многие: Рита и Ваня любят друг друга, но у них есть явные проблемы в коммуникации. Ваня постоянно пытается навязать Рите защиту, в которой та не нуждается, натыкается на стену и переживает кризис мужественности. Она в свою очередь постоянно принимает решения за двоих, игнорирует его желания и потребности и, думая, что защитит его от негатива, утаивает происходящее — в итоге они оба погружаются по шею в кризис взаимного недоверия. Их взаимоотношения — большая удача дуэта сценаристок: любящие друг друга люди своими травмами и секретами сами роют друг другу яму, и фигура зловещего сталкера только делает этот конфликт более интенсивным. Они не идеально подходящие друг к другу кусочки пазла: там, где она говорит «мастурбация» как что-то естественное, он говорит «дрочка» и подразумевает что-то постыдное. «Фейк» — еще история о том, как сексуальность и ее проявления становятся поводом для дискриминации, женщины и мужчины в этом даже близко не равны.
«Фейк» показывает, насколько искусственна пропасть, созданная войной, между оказавшимися в изоляции на родине российскими авторами и их потенциальной аудиторией во всем мире.
В других обстоятельствах права на показ «Фейка» мог бы приобрести Netflix или другой крупный западноевропейский стриминг, насколько актуальна его проблематика. Но мы находимся здесь, в 2026 году, и создатели «Фейка», команда продюсеров, сценаристки Дубовая и Беленицкая и режиссер Алексей Кузмин-Тарасов, снимают о прекрасной альтернативной России будущего, прошлого или просто несуществующего времени. В этой России бомбы не падают на Львов, Киев и близлежащие области, оставляя десятки убитых и раненых, разрушенные школы школы и жилые дома, в ней не горят склады Wildberries, жители России не ждут применения Украиной баллистических ракет. Действие сериала происходит в провинции, откуда в Москву летают самолеты, но эта провинция выглядит и звучит как Москва, потому что провинцию несуществующей России снимали в столице.
Это эффект, о котором в будущем будет написано, возможно, не одно исследование, — когда кино или сериал честно отражают дух времени и его проблемы, предлагают новых, не видимых до того героев и героинь, подсвечивают болевые точки общества, — но вместе с тем самая главная из этих болевых точек остается за кадром. Подобный эффект создавал, например, фильм Анны Кузнецовой «Каникулы» (2023), придуманный и снятый до февраля 2022 года, но дошедший до зрителей уже после начала войны.
Я уверена, что создатели «Фейка» прекрасно понимают, в какой точке времени и пространства они находятся. В сериале нет прямых отсылок к гендерной политике в России: запрету «движения» ЛГБТ и пропаганды чайлдфри, непринятого закона о криминализации домашнего насилия и усложнения доступа к прерыванию беременности. Неоднократное общение главной героини с полицией, где ее стыдят за секс-видео и обвиняют в том, что она все выдумала, иллюстрирует ставший крылатым зловещий ответ стражей порядка: «Когда убьют, тогда и приходите». Тот же полицейский встретит взволнованного жениха Риты фразой: «У тебя ПМС?» Даже если сериал совершит разочаровывающий финт в финале, его создателям удалось без морализаторства и наигрыша показать второй раунд насилия, через который проходит женщина, обратившаяся за помощью к представителям государственных институций.
«Что объединяет всех маньяков?» — спрашивает Рита свой класс, и после шуточки про «ген мудачества» звучит ответ: у них нет эмпатии. В этот момент возникает соблазн вспомнить человека, в чьей власти преследование не одной женщины, а целой страны, но «Фейк» оставляет подобные обобщения на совести зрителей. Системное отсутствие эмпатии к женщинам становится первым шагом к такому явлению, как фемицид. И он, конечно, тоже показан, но его жертвой окажется не главная героиня — ей всё-таки согласно законам жанра суждено добраться до финала живой.